«Помогаю идти по дороге жизни»: как учительница физики стала инструктором по вождению, а затем основала центр психотерапии
В 90-е была и учителем, и продавцом, и предпринимателем
В детстве Виктория так любила физику, что даже мечтала её преподавать. Школьная учительница её в этом поддерживала, хоть и весьма своеобразно: требовала больше, чем от остальных, а оценки ставила ниже. То ли благодаря этому, то ли вопреки, Виктория успешно поступила в университет, окончила его и всё же вернулась в школу. Правда, в не самое удачное время. Начало 90-х, зарплаты низкие, да к тому же худенькой, выглядящей на 17 лет Виктории достались старшеклассники — дерзкие, свободолюбивые. Так работа мечты превратилась в испытание.
А затем грянул 1998 год и дефолт. Вслед за экономикой рухнула семья Виктории, и она осталась одна с двумя детьми. Пришлось срочно искать, как заработать. Сначала продавцом-консультантом в роскошном доме Мертенса на Невском проспекте. Затем — в продажах мебели. Наконец, вместе с деловым партнёром Виктория организовала небольшую строительную компанию. Казалось, жизнь налаживается. Но когда после Нового года женщина вернулась в офис, то обнаружила лишь пустующие комнаты — компаньон расторг договор аренды и исчез.
Так Виктория осталась без работы и денег с двумя детьми-школьниками. В школу и продажи возвращаться не хотелось, а из дополнительных навыков было только вождение.
«В какой-то очень неудачный год моя машина попала в ДТП шесть раз за три месяца. Трижды меня даже внутри не было.
Я с горечью рассказала об этом двум своим друзьям. Один сказал, что другие водители не видят мою машину — она серая, сливается с асфальтом. А другой посмеялся и предложил бросить вождение — видимо, Вселенная пытается мне показать, что это не моё. Я возмутилась сразу: как это „не моё“? Я очень люблю водить. Я-то ведь вижу другие машины. И тогда я произнесла фразу, которая изменила мою жизнь: „Я лучше весь город научу водить, чем брошу вождение“».
Виктория уже несколько раз слышала от знакомых истории о женщинах, подрабатывавших инструкторами. И поняла, что это её шанс на стабильный заработок, а значит, и на лучшую жизнь.
Инструкторов-женщин мало, инструкторов-психологов — ещё меньше
Так Виктория оказалась на курсах в Институте безопасного дорожного движения — единственная женщина среди 20 мужчин. Но дискомфорта из-за этого не почувствовала, ведь преподаватели её приходу обрадовались: говорили, что женщин среди инструкторов совсем мало и спрос сильно превышает предложение. Виктория и сама в этом убедилась, когда уже спустя три месяца к ней выстроилась очередь из клиентов.
Работать пришлось без выходных, семь дней в неделю — ведь нужно было в одиночку содержать двоих детей. По шесть учеников в день, на каждого по два часа — итого 12 рабочих часов в сутки. Совмещать такой график с материнством было крайне тяжело. Иногда выручали друзья и родственники, но чаще приходилось нанимать няню — и отдавать за это треть семейного бюджета.
Несмотря на всё это, Виктория чувствовала, что она на своём месте. Многие ученики приходили к ней после инструкторов, которые были отличными водителями, но не очень талантливыми педагогами. Тогда-то она и поняла, что важная часть этой работы — помочь человеку справиться со страхом и низкой самооценкой, побороть неуверенность за рулём. И поступила в СПбГУ на курсы переподготовки психологов.
Там Виктория попала на лекции Альфрида Лэнглэ — одного из самых известных экзистенциальных психотерапевтов современности. Лэнглэ учил, что задача психотерапии — не давать человеку готовые решения, а помочь ему услышать себя, найти внутреннюю опору, и уже благодаря этому — ответы на собственные вопросы. Эти идеи настолько поразили Викторию, что она прочитала все книги Лэнглэ, которые смогла найти в библиотеке, а затем решила посвятить себя экзистенциальному подходу. В том числе продолжила обучение у ведущих российских и европейских специалистов: Алисы Хольцхей-Кунц, Римантаса Кочюнаса, Наталии Гришиной, Владимира Кагана и других.
Отрабатывать знания на практике пришлось самостоятельно. В то время психотерапии в университете не обучали, и у студентов не было возможности, как сейчас, тренироваться на симуляционных семьях и друг на друге. Поэтому Виктория арендовала в бизнес-центре кабинет с почасовой оплатой и начала консультировать бесплатно: приглашала своих клиентов-водителей, а те рекомендовали её своим знакомым. Всё это — параллельно с обучением вождению.
«Однажды ко мне пришла тридцатилетняя девушка, которая уже знала все правила дорожного движения и хорошо умела управлять машиной на механике. Она отъездила 150 часов, но не могла справиться со страхом на дороге. И мы просто поехали за город говорить о жизни.
Мы ездили с ней два часа, разговаривали о её детстве, юности. Я спросила, зачем ей вождение. Она ответила: „Чтобы почувствовать себя взрослой“. И тогда я поняла, что проблема не в вождении — водила она прекрасно. Просто ей не хотелось взрослеть — это значило взять на себя ответственность. На следующий же день после нашего разговора она купила машину. Это была моя первая психотерапевтическая сессия, когда я из инструктора превратилась в психолога».
Другая клиентка обратилась онлайн — из Испании. Девушка никак не могла подняться в горку на машине с механической коробкой передач. Как психолог Виктория помогла разобрать её переживания. Затем как учитель физики подробно рассказала, какие силы действуют на тело, находящееся на наклонной плоскости. И наконец, как инструктор объяснила, в какой момент, что и зачем нужно нажимать и отпускать. Сразу после урока девушка села за руль и самостоятельно преодолела подъём.
Боролась Виктория и с мифами: изучив доступные исследования, она доказала, что нет никакой связи между полом водителя и его реакцией на сложную ситуацию на дороге. А значит, никакого «мужского» и «женского» стиля вождения не существует. Позднее известный борец за безопасность на дорогах Дмитрий Попов пригласил Викторию на радио «Фонтанка.ФМ», чтобы поговорить про психологическую подготовку водителей. До сих пор она иногда получает в социальных сетях сообщения, начинающиеся со слов: «Посмотрел запись передачи с вами…»
Инструкторство и психотерапию Виктория совмещала на протяжении 7 лет. Выбрать что-то одно никак не получалось — половины заработка на жизнь не хватало. Однако героиня понимала, что этот шаг необходим: в старости она уже не сможет обучать вождению, а вот заниматься психотерапией — вполне. Но для этого необходимо было продолжить обучение.
Продолжала искать свой путь, чтобы помогать другим
В тот момент Виктория работала в экзистенциальном подходе и собиралась писать магистерскую диссертацию по этой теме.
«Когда я выбирала тему магистерской работы, меня вдруг осенила мысль, что семья создаётся по глубоко экзистенциальным причинам. У нас есть четыре данности: конечность жизни, экзистенциальное одиночество, неотделимость свободы от ответственности и отсутствие смысла жизни. Эти данности непереносимы, и каждый человек находит свой способ справиться с мыслями о них. И я вдруг поняла, что семья и есть такой конструкт, который прячет сразу от всех четырёх данностей. В семье у тебя есть партнёр, с которым ты не одинок и делишь ответственность; появляются дети, которые становятся твоим продолжением и одновременно смыслом».
Так Виктория стала изучать связь между экзистенциальной и семейной психотерапией. Но уже через полгода поняла, что для такой работы нужна гораздо более серьёзная подготовка, и поступила в московский Институт интегративной семейной терапии. А там заинтересовалась эмоционально-фокусированной терапией — направлением, которое помогает разобраться, какие чувства скрываются за ссорами, страхами и обидами.
«ЭФТ-терапевтов часто называют переводчиками с русского на русский через язык эмоций. Мы учим партнёров слышать то, что скрыто за словами.
Ко мне нередко обращаются межнациональные пары, ведь в разных культурах разные традиции и правила того, как строить семью. Но куда важнее, что люди чувствуют, когда общаются друг с другом. И вот об этих чувствах мы и говорим».
Жажда знаний привела Викторию в международное сообщество ЭФТ-терапевтов: в лондонской онлайн-школе она познакомилась с психологами Нэнси и Полом Эйкин. Американские коллеги уже много лет проводили тренинг «Обними меня крепче», который помогал парам и семьям увидеть, что скрывается за постоянными ссорами и недопониманием.
Для российских психологов это был совершенно новый формат работы с парами.
И Виктория так им заинтересовалась, что даже языковой барьер ее не остановил. С помощью переводчиков-синхронистов они вместе с другой русской коллегой принялись наперебой задавать вопросы. Нэнси любопытство русских психологов привело в восторг, и она предложила им сотрудничество. Ответили женщины единственным знакомым английским словом — «окей».
Американские специалисты взялись их обучать. Тренинг длится два дня. Сначала двое ведущих рассказывают парам про теорию привязанности, затем показывают фрагмент художественного фильма. Все вместе обсуждают увиденное, а затем делятся на группы и расходятся по разным комнатам, где с помощью психологов выполняют упражнения.
Менять структуру программы было нельзя, но авторы разрешили подобрать фильмы, знакомые русской аудитории. И это сработало: за три года к тренингу присоединилось 42 психолога — специалиста в области эмоционально-фокусированной терапии. А Виктория создала центр, который назвала «Кинцуги» — в честь традиционного японского искусства реставрации керамики. Как японский мастер превращает разбитую чашку во что-то новое и прекрасное, так и терапия помогает «склеивать» отношения, и они становятся ещё крепче.
Виктория продолжает обучение, теперь уже в аспирантуре РХГА им. Ф. М. Достоевского. Ей нравится учиться и сразу же применять новые знания на практике, помогая людям лучше понимать друг друга и налаживать отношения.
«Жизнь — это дорога. И всё, что работает на дороге, работает и в жизни. И все законы физики работают и на жизненном пути. Если физика — это наука о природе вещей, то психология — это наука о природе человеческой души.
Например, есть такой закон в физике: чем больше точек опоры, тем меньше уровней свободы, и это работает в отношениях. Третий закон Ньютона — действие равно противoдействию — это и о человеческих отношениях. И закон сохранения энергии тоже работает в психологии: ничто не появляется из ничего и не уходит в никуда. И действительно, если вы хотите полностью погрузиться в работу, то не сможете быть настолько же включённым в отношения и семью.
Как инструктор по вождению, я учила безопасно существовать на дороге. Как психотерапевт, учу тому же самому — безопасно существовать в паре и семье и, оставаясь разными, не ранить друг друга.
Мне очень нравятся слова Эмми ван Дорцен о сути работы психотерапевта: „Я в той же лодке, что и мой клиент: я встречаюсь с теми же экзистенциальными данностями — одиночеством, конечностью жизни, ответственностью и бессмысленностью. Единственное, что я могу сделать, это помочь человеку жить с этими данностями и не потерять интереса к жизни“.
Как терапевт, я знаю, как сопровождать человека в исследовании собственного внутреннего мира. И я помогаю ему идти по дороге жизни так, чтобы, осознавая все опасности, не потерять интереса к этой дороге».